Очерки информационной технологии.
Г.Р.Громов.
Москва, ИнфоАрт, 1992, 1993.

Информационный пул: Кремниевая долина

Среди факторов, способствующих формированию благоприятного для развития технологических инноваций социально-экономического климата, Дж. Стьютвилл особо выделяет так называемый "информационный пул" [56].

Эффект нового "информационного пула" возникает, когда концентрация ярких индивидуальностей "на квадратную милю обеспеченной необходимой инфраструктурой площади" вновь создаваемого промышленного региона начинает заметно превышать "критический уровень". Возникающий при этом скачок интенсивности обмена профессиональными знаниями, поддержанный благоприятными условиями для немедленной практической их реализации (в рамках инфраструктуры производственного сервиса активно развивающегося нового промышленного региона), ведет к резкому ускорению характерного для такого региона инновационного цикла "идея - технология - продукт".

В качестве примеров такого типа регионов, где социально-экономический эффект "информационного пула" устойчиво наблюдается уже не одно десятилетие и стал поэтому за последние годы объектом пристального изучения экспертами многих стран мира, обычно первыми называют Кремниевую долину в Калифорнии и "коридор высокой технологии", расположенный недалеко от Бостона вдоль "дороги 128". Научной базой Кремниевой долины является Станфордский университет, "дороги 128" - Массачусетсский технологический институт.

К настоящему времени Кремниевая долина (Silicon Valley) стала уже в мире понятием нарицательным. Свою собственную Кремниевую долину создают во Франции, Японии и многих других странах. В самих США районы, имеющие наиболее мощный потенциал в области высокой технологии и заметный эффект "информационного пула", также принято называть по аналогии "кремниевыми", что вовсе не обязательно означает в этом контексте их тесную связь с полупроводниковой технологией.

Название придумал в 1971 г. журналист Д. Хофлер, в то время главный редактор отраслевой информационной службы. В серии статей, опубликованных в 1971 г. еженедельником "Электроник ньюс", он определил словосочетанием Кремниевая долина сложным образом взаимодействующий конгломерат из тысяч микроэлектронных фирм, которые, как грибы после дождя, возникали тогда на небольшой территории долины Санта-Клара (штат Калифорния).

Около трех тысяч предприятий, из которых более трехсот занимаются выпуском ЭВМ и более тысячи специализируются на создании программного обеспечения, сконцентрированы на небольшой территории южной оконечности Сан-Франциско между городами Сан-Карлос и Сан-Хосе. Крупнейший в мире "информационный пул" образуют работающие здесь ведущие специалисты во всех без исключения областях информационной технологии. Чтобы оценить достигнутый здесь уровень концентрации "соцветия умов", достаточно, видимо, упомянуть, что почти 40% общего числа инженеров США в области электроники, информатики и вычислительной техники работают в Калифорнии.

Предприятия, образующие Калифорнийскую "долину высокой технологии", простираются по обе стороны от петляющей вдоль побережья Тихого океана автострады 101 и занимают общую площадь в 350 квадратных миль (35 миль в длину и 10 в ширину). Первый инициирующий импульс к началу промышленного развития долины дал 40 лет назад вице-президент Станфордского университета Ф. Терман. Университет испытывал тогда острые денежные трудности, и Терман - электротехник по профессии - решил сдать в аренду промышленности на 99 лет часть территории и заранее получить, за это деньги. Первой откликнулась в 1951 г. фирма Varial Associates. Она арендовала один гектар земельного участка за 4 тыс. долл. (ныне такой участок стоит здесь миллионы долларов).

Среди тех, кто закладывал "первые камни" в фундамент промышленной инфраструктуры будущей Кремниевой долины, были два бывших студента Фреда Термана - Уильям Хьюлетт и Дэвид Паккард, которые в 1954 г. перебрались со своим предприятием (основанным в 1938 г. здесь же в Пало-Альто, неподалеку от университета) на территорию Станфордского индустриального парка.

В 1956 г. Нобелевскую премию за изобретение транзистора получили три физика из крупнейшего в США исследовательского комплекса Bell Laboratories. Один из них - У. Шокли - по приглашению Станфордского университета прибыл в 1957 г. с небольшой группой своих единомышленников в Пало-Альто и основал здесь фирму Fairchild Camera & Instruments. Историческая роль первого специализированного на полупроводниковых приборах и технологии предприятия заключалась не столько в непосредственных результатах его основной деятельности (оказавшей значительное влияние на общемировой процесс массового внедрения первых поколений транзисторной техники, микросхем и т.д.), сколько в том, что фирма эта стала интеллектуальным "питомником" для целого поколения специалистов - творцов микропроцессорной революции. В частности, именно в ее лабораториях начинали свою работу многие из числа легендарных основателей ныне широко известных микропроцессорных фирм: Intel, National Semiconductor и других, значительно перекрывших затем масштабы деятельности компании - питомника Fairchild и по динамике технологического развития и по общему коммерческому весу выпускаемой продукции.

Считается, что этап взрывного развития нового индустриального центра Америки начался в 70-е годы, когда созданные в наиболее интенсивных точках роста информационной технологии "молодые фирмы", такие как Intel (основана в 1968 г.), Apple Comp. и другие, вскрыли неожиданно плодотворный пласт вычислительной техники. Хлынувшие на разработки открытого ими микропроцессорного компьютерного "Эльдорадо" новые предприятия быстро заняли все рабочее пространство в Станфордском "индустриальном парке" площадью 16 гектаров. Затем Кремниевая долина вышла за университетскую "ограду" и начала свой стремительный бег вдоль дороги 101. В "парке" - историческом центре Кремниевой долины - остались 90 фирм,  на которых ныне трудятся 25 тыс. рабочих и служащих.

Кремниевую долину (названия такого, разумеется, нет ни на одной карте мира) обычно связывают при различного рода статистических оценках (демографических, экономических и т.д.) с географически вполне реальной долиной Санта-Клара. Ее административный центр - город Сан-Хосе. Здесь недавно был основан гигантский "Музей технологии", создаваемый на целевые субсидий в 90 млн. долл. В 1950 г. на территории долины Санта-Клара проживало около 300 тыс. жителей. Ныне население долины составляет 1,25 млн. человек.

В университете имени Лиленда Станфорда учится 6 тыс. студентов. С ними занимаются 2 тыс. преподавателей, среди которых 13 лауреатов Нобелевской премии. Университет ежегодно регистрирует не менее 150 крупных изобретений (в 1988 г., например, они принесли ему 8 млн. долл.). Основан он был сто лет назад в 1891 г. Л. Станфордом - первым президентом железнодорожной компании Central Pacific, который прославился тем, что забил золотой костыль, символически соединивший оба океанских побережья Америки регулярным железнодорожным сообщением.

В процессе формирования устойчивого "информационного пула" Кремниевой долины немаловажное значение имело то обстоятельство, что многие работающие там научные работники и инженеры являются недавними однокашниками - выходцами из Станфордского университета. Хотя они нередко работали на фирмах, остро конкурирующих между собой, однако корпоративный дух студенческих аудиторий и спортивных залов, как правило, оказывался сильнее коммерческого антагонизма и помогал им сохранить дружеские отношения.

Американский исследователь В. Денис, изучающий факторы развития малых фирм, исследовал 17 показателей, имеющих прямое отношение к созданию новых предприятий. "Ученый считает, что ГЛАВНУЮ РОЛЬ ИГРАЕТ МОБИЛЬНОСТЬ. Интересно отмстить, что мобильность населения прямо связана с развитием любой формы антрепренерства, в том числе в промышленности. Можно заключить, что общий потенциал в промышленности более чувствителен к подвижности населения, чем думали раньше" [56].

Так, например, в Кремниевой долине как внутри ее предприятий, так и между фирмами наблюдалась большая мобильность рабочей силы - до 30% в год, что, по мнению Дж. Стьютвилла, определяет и большую подвижность новых идей и интенсивность обмена информацией. Фирмы, изолированные, далеко удаленные друг от друга, лишаются, по его наблюдениям, этого все более важного для ускорения темпа смены технологических поколений преимущества. "Интересно по ходу отметить, - ссылается он на результаты исследований В. Дениса, - что КОЛИЧЕСТВО ДОКТОРОВ НАУК на душу населения штата или домовладельцев имело ОТРИЦАТЕЛЬНУЮ корреляцию к образованию новых предприятий" [56].

Отмстим в этой связи, что ТЕКУЧЕСТЬ рабочей силы рассматривалась в СССР до самого последнего времени как один из наиболее отрицательных социальных экономических факторов, в том числе и для научно-исследовательских учреждений. Постоянно принимаются все мыслимые (и немыслимые тоже) меры для ее снижения или хотя бы стабилизации. В научных центрах АН СССР, например в Новосибирском Академгородке, или подмосковном Пущино-на-Оке, "мобильность" сотрудников на уровне 30% в год, характерная для предприятий Кремниевой долины, могла бы в существующих условиях быть зарегистрирована только в случае какой-либо крупномасштабной катастрофы или стихийного бедствия. Безупречно отлаженный за многие годы мощный социальный демпфер "прописки" принципиально исключает возможность сколько-нибудь заметной "мобильности" ученых и инженеров.

В то же время по числу докторов и кандидатом наук в области технических и сельскохозяйственных дисциплин наша страна давно уже поставила и много лет стойко удерживает мировой рекорд. Как мы уже отмечали выше, СССР превзошел по числу выданных своим гражданам кандидатских и докторских дипломов в области техники и сельского хозяйства все остальные страны мира, вместе мятые, а общие итоги деятельности "остепененных" в целом полностью соответствуют полученным на ином статистическом материале выводам В. Дениса.

Вот краткий перечень основных, по Д. Стьюбитцу, факторов, стимулирующих создание малых инновационных фирм: доступность источников финансирования, высокий уровень миграции населения, высокий уровень мобильности рабочей силы ("текучесть кадров"), присутствие мощного университета прикладной ориентации, инновационная культура, развитая промышленность и, наконец, как он особо отмечает, "невыразимое сумасбродство ".

"Высокий уровень мобильности рабочей силы является ОСОБЕННО ВАЖНЫМ условием, - подчеркивает автор, - для создания благоприятной атмосферы антрепренерства... Когда люди меняют постоянно работу, они переносят свои знания на новые места. Возможно, еще более важно, что высокая мобильность часто отражает стремление достигнуть больших результатов... Человек готов уйти с прежней работы, совсем не думая о пенсии, сбросить старый груз привычного окружения и действовать интуитивно" [56].

Отмстим в заключение характерные личностные характеристики инициатора создания малой инновационной фирмы. Типовой возраст основателя такой фирмы -30 - 45 лет. Это первый ребенок в семье: склонность к лидерству, готовность принять на себя ответственность (например, за младших братьев и сестер) проявлялась еще в детстве. Другие заметные качества: хорошее здоровье, аналитическое мышление, широкий кругозор, вера в свои силы и настойчивость, способность идти на риск и в то же время, развитое чувство реальности, коммуникабельность, эмоциональная устойчивость.

Характерный для Кремниевой долины тип антрепренера - основателя малой инновационной фирмы - это "человек-факел", который, как правило, создаст вокруг себя настолько высокую температуру творческого горения, что непосредственно соприкасающиеся с ним по работе сотрудники утрачивают со временем традиционный стереотип "здорового образа жизни". Авторы книги "Лихорадка   в   Кремниевой   долине"   -   экономист  из Станфордского  университета  Э. Роджерс  и  сотрудник инженерно-психологической   службы   одной   из   фирм Кремниевой долины Д. Ларсен - отмечают в этой связи, что "ученые и инженерно-технические работники (они составляют более половины персонала Кремниевой долины) не только работают по 10 - 11 часов в сутки, но и, придя домой, продолжают заниматься конструированием процессоров, составлением программ. У этих людей нет времени ходить в церковь или развлекаться - они всегда работают, и в оффисе, и дома, причем работают добровольно" [68]. Можно ли считать эволюционно устойчивым такого рода стереотип поведения исследователя-предпринимателя или это локальный географически и ограниченный по времени всплеск человеческой энергии.

Кто придет на смену населению первопроходцев Кремниевой долины? "В школах Кремниевой долины процент детей, имеющих высший коэффициент интеллектуальных способностей, принятый в США, почти в 40 раз выше, чем в среднем по стране ... Постоянное общение школьников с ЭВМ, которыми в изобилии обеспечены местные школы, в сочетании с общей творческой атмосферой уже сформировало целое поколение "компьютерных детей" - ту смену, которая должна продолжить сегодняшний прогресс долины" [68].

В 40 раз (не на 40 процентных пунктов, а в 40 раз!) более высокая, чем в среднем по стране, концентрация одаренных школьников - это, в конечном счете, и есть та важнейшая "генетическая" характеристика сложившегося в долине "информационного пула", которая по существу в значительной степени предопределяет на ближайшие десятилетия восходящий, "регенеративный" характер его стремительного развития.

Однако необходимо подчеркнуть, что все вышесказанное относится только к узкопрофессиональной стороне процессов формирования "культа информационной технологии" в долине Санта-Клара. Социальный же фон, на котором все эти процессы разворачиваются, увы, далеко не столь однозначен.

Практически полная внутрипрофессиональная "зацикленность" значительной части наиболее ценных для фирм Кремниевой долины сотрудников, в конечном счете, весомо заметно отражается и на общем культурном уровне их "среды обитания": процент пожертвований частных фирм на культурные нужды в Кремниевой долине почти в два раза ниже, чем в среднем по США [68], а процент разводов в семьях жителей долины - самый высокий [69].

Согласно результатам социологических исследований (выполненным упомянутой выше Д. Ларсен вместе с психологом К. Джилл) теневой стороной повышенного рвения в работе "пионеров долины" является трудность для них в организации по-настоящему гармоничных отношений между людьми. "У них нет времени для семьи, они не способны вызывать длительные социальные контакты. А если учесть и то, что почти 80 процентов всех жителей долины приехали недавно из самых различных уголков Америки, то становится ясно, что и свою личную жизнь и социальные отношения они приносят в жертву карьере" [69].

Ежедневная без заметных релаксаций год за годом творчески форсированная работа, выполняемая, как правило, на эмоциональном пределе, делает профессиональных лидеров Кремниевой долины особенно уязвимыми в тех случаях, когда экономическая почва, на которой они увлеченно возводят свои "кремниевые храмы", вдруг совершенно неожиданно начинает испытывать мощные подземные толчки промышленного кризиса. Например, в 1985 г., когда электронную промышленность США раскачивали волны миллиардных убытков от очередного спада производства, специализированная "Клиника стресса" при Станфордском университете оказалась настолько переполненной, что даже наиболее остро нуждающиеся в стационарной помощи высокопоставленные менеджеры должны были по шесть недель дожидаться своей очереди. "Клиника стресса" создавалась в свое время как комплексное медицинское учреждение особого профиля, куда любой руководитель подразделения (или всякий иной профессионально подверженный стрессу сотрудник) любого из предприятий высокой технологии, расположенных в Кремниевой долине, мог бы в любой момент, что называется, "зайти с улицы". Общее число пациентов этой клиники в 1985 г. превысило среднегодовой уровень более чем на 40% [70].

В книге, изданной под красноречивым заголовком "Кремниевая долина - новая техника, старое общество", западногерманский социолог В. Рюгемер отмечает, что "сообщения о жестоком обращении с детьми, кражах, проституции и наркомании давно вытеснили сообщения об успехах компьютерных фирм из заголовков местных газет" [69].

Как это нередко происходит в любом районе тесного сосредоточения на небольшой территории большого числа промышленных предприятий и населения, в Кремниевой долине за последние годы социальные проблемы все сильнее завязываются в неразрывно тугой узел с проблемами экологии. Один из первых и наиболее громких такого рода скандалов был связан со знаменитой фирмой - ветераном Кремниевой долины - Fairchild. Фирма в свое время закопала глубоко в землю склад своих химикалиев на расстоянии всего лишь 500 метров от источников питьевой воды городка Лос-Пасеос. Резервуары эти со временем дали течь, и оказалась зараженной питьевая вода. 500 владельцев прилегающих участков предъявили фирме судебный иск в размере 20 млн. долл.

Проблема охраны окружающей среды от технических выбросов предприятий полупроводниковой технологии становится для Кремниевой долины все более острой. Расположенные здесь предприятия вынуждены были уже не один раз расходовать десятки миллионов долларов, чтобы герметизировать подтекающие стыки в резервуарах для промышленных стоков. Свыше 100 раз устранялись обнаруженные извне протечки. Однако самое драматическое для жителей Кремниевой долины обстоятельство заключается в том, что большинство такого рода утечек, как правило, так и остаются незарегистрированными...


Онлайн-версия CD-ROM приложения к книге Г.Р.Громова
"
От гиперкниги к гипермозгу: информационные технологии
эпохи Интернета. Эссе, диалоги, очерки
."