Очерки информационной технологии.
Г.Р.Громов.
Москва, ИнфоАрт, 1992, 1993.

 

Глава вторая

ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ ПРОМЫШЛЕННОСТИ ОБРАБОТКИ ДАННЫХ[1]

  Статистика не должна состоять в одном, только заполнении ведомостей размерами с двуспальную простыню никому не нужными числами, а в сведении этих чисел на четвертушку бумаги и в их сопоставлении между собой, чтобы по ним не только видеть, что было, но и предвидеть, что будет...

А.Н. Крылов

 

Темпы роста индустрии ЭВМ

Первые издания изобретателя книгопечатания И. Гутенберга "Восемь частей речи" (латинская грамматика, Oelius Donatus) и Библия датированы 1445 г.

Спустя полтысячи лет, в 1945 г., была создана первая ЭВМ. За точку отсчета эры ЭВМ принимают сеансы опытной эксплуатации машины ENIAC, которые начались в Пенсильванском университете в 1946 г. Приведем некоторые технические характеристики этой ЭВМ: общая масса - 30 т, число электронных ламп - 18 тыс., производительность - 5 тыс. операций в секунду. Спустя 40 лет после пуска первой ЭВМ ежегодное производство компонентов вычислительной техники оценивалось к 1985 г. в 1014 активных логических элементов (active element groups), что эквивалентно одному ENIAC на каждого жителя Земли. Для сравнения: за 500 лет развития книгопечатания к 1962 г. общий тираж всех изданий достиг уровня 2 книги на каждого жителя Земли [1].

Первая из изготовленных для коммерческой реализации ЭВМ UNIVАС-1 была продана бюро переписи населения США в 1950 г. Спустя 30 лет индустрия ЭВМ проходит, как видно на рис.2.2, стомиллиардный по общему финансовому весу рубеж и все еще сохраняет наиболее высокие темпы роста объема продаж среди всех отраслей обрабатывающей промышленности США.

Рис. 2.2. Динамика суммарного объема продаж изделий вычислительной техники в США (заштрихованная область – периферийное оборудование)

По данным: «Электроника», 1962 – 1983 г.г. (штриховая линия – оценка журнала «Электроника»)

У. Мак-Каллок, К. Шеннон и другие отмечали в первые годы компьютерной эры очевидные тогда технологические границы нового инструмента. В качестве наиболее убедительного сравнения обычно сопоставлялись некоторые известные в то время цифровые данные о структуре человеческого мозга и, с другой стороны. технические характеристики ЭВМ. "Мозг содержит 1010 активных элементов, называемых нейронами", - отмечал К. Шеннон и продолжал, ссылаясь на Мак-Каллока: "Вычислительная машина, которая имела бы столько ламп, сколько имеет человеческий мозг, потребовала бы для своего размещения Эмпайр стейт билдинг, Ниагарский водопад для обеспечения ее энергией и Ниагару для охлаждения. Использование полупроводников в такой машине, - заглядывал в будущее К. Шеннон, - значительно уменьшило бы се размеры, необходимую для нее энергию и количество воды для се охлаждения; так, например, для нее потребовалась бы мощность порядка нескольких киловатт (мозг потребляет около 25 Вт), размеры ее уменьшились бы (при условии компактного монтажа) до размеров обычного дома" [2. с. 163].

Сложившиеся тенденции развития современной электронной промышленности дают основания предполагать, что уже полвека спустя после опубликования приведенных выше выкладок Мак-Каллока и К. Шеннона, к 2001 г., годовой прирост емкости запоминающих устройств ЭВМ будет равен общему числу нейронов мозга у всех 5,8 млрд. людей, которые, как ожидают, будут тогда составлять население земного шара [3, с.40].

О технологии программирования. В меморандуме "США - кризис производительности", представленном в Белый дом в конце 1980 г., П. Деннинг, президент АСМ, писал: "Мы, Соединенные Штаты, теряем наше место лидера в мировой экономике, так как наша производительность падает... Даже в области ЭВМ, где наши позиции были наиболее сильны, нас серьезно потеснили Япония и ФРГ'. Затем он говорит о роли ЭВМ в экономике страны и переходит к проблемам технологии ПОД: "Самая важная проблема, порождающая все существующие сейчас бедствия пользователей, - проблема программного обеспечения. Как отдельные программы, так и системы программного обеспечения не являются ни транспортабельными, ни надежными... Отсутствие систематических методов программирования приводит к ситуации, когда нам требуются программисты высокой квалификации для программирования и сопровождения простейших программ. Опыт, накапливаемый за долгие годы в отдельных вычислительных центрах, практически не оказывает влияния на уровень программирования где-либо за их пределами. Сфера применения программ слишком зависит от талантов небольшой группы одаренных разработчиков.

Технология программирования сегодня находится на уровне технологии автомобилестроения начала века. Никто не решался тогда водить машину вдали от квалифицированного механика и не смел браться за ее обслуживание без консультаций с конструктором" [4, с.619].

Точки зрения ведущих экспертов ПОД на причины медленного прогресса в программировании расходятся в довольно широких пределах, а нередко оказываются и противоположными. Одни считают, что главная причина - в недостаточном уровне науки этой отрасли ПОД по сравнению, например, с уровнем в электронной промышленности, другие, наоборот, полагают, что именно неотвратимая тяга лидеров науки об ЭВМ любой ценой формализовать инженерное (по своему основному предназначению) искусство программирования и есть главный тормоз развития отрасли. Из не утихающих уже 20 лет дискуссий приведем здесь две крайние точки зрения, принадлежащие представителям крупнейших секторов ПОД.

Вице-президент по научно-исследовательским работам одной из крупнейших в Западной Европе компаний Philips А. Панненборг причину огромной и все углубляющейся пропасти между темпами развития технологии в электронике и программировании видит в существенно различной связи этих двух аспектов развития индустрии ЭВМ с фундаментальной наукой. "Если вы посмотрите на  инженерные науки в целом, то увидите, что только области, исторически возникшие из электротехники, и особенно электроника, являются теми немногими отраслями, которые непосредственно ответвились от фундаментальной науки. Все остальные отрасли существовали задолго до того, как они получили современное научное обоснование. Инженеры-механики строили водяные колеса, а строители возводили храмы задолго до того, как наука смогла сказать что-либо полезное на этот счет. То же и в химии: алхимики достигли многого задолго до того, как сложилась соответствующая наука - химия.  В то же время в электротехнике сначала появился Фарадей, потом Максвелл и лишь затем инженеры-электротехники.

Электроника как отрасль отличается тем, что в ней в конечном счете все может быть доказано или опровергнуто на основании законов фундаментальной науки, которые восходят к законам Максвелла.

И вот появилось программирование. Здесь вы тщетно будете искать какие-либо аналоги законов Максвелла. У меня до сих пор нет метода доказательства правильности программ. Я не имею даже простейшего средства для измерения эффективности конкретной программы. Поэтому я работаю как свободный художник. Другой такой же "художник" оценивает мою работу в подобающих нашим методам терминах: "Хороший стиль! Эти места особенно элегантны" или "Вот здесь несколько рыхловато".

Как инженер я считаю эту ситуацию весьма странной и неудовлетворительной. В программировании нам еще предстоит разработать основы основ, мы должны изготовить "метр" и создать инженерные методы контроля, верификации и отладки. Предстоит огромная работа" [5, с. 149].

Директор исследовательского центра по проблемам разработки ЭВМ (лабораторного комплекса американской компании Hewlett - Packard) Ж. Бирнбаум выступил с развернутой аргументацией противоположной точки зрения: "Одна из причин, по которым прогресс в производительности труда программистов остается медленным, заключается в том, что программирование и не может развиваться по иным законам, чем законы ремесла (это промышленность[2], в которой вещи делают так, как они могут быть сделаны в конкретных производственных условиях, причем это делается обычно намного раньше, чем в данной области начинают появляться первые признаки какой-либо науки)... Это не означает, что в программировании как профессиональной деятельности нет интеллектуальных, творческих аспектов; как раз наоборот, но необходимо четко различать искусство и науку... ЭВМ, видимо, представляет собой наиболее интеллектуальное из всех человеческих изобретений, поэтому и ремесло программиста является самым сложным из всех известных" [7, с.763].

Итак, хотя оба эксперта и рассматривают проблему с противоположных позиций, в главном их точки зрения сходятся: научные основы технологии программирования им пока неизвестны. Однако из этой единой посылки они делают принципиально различные выводы. Панненборг видит основную причину неудовлетворительного уровня технологии программирования именно в разительном отличии науки программирования от электроники, прикладной физики, биотехнологии и других современных прикладных дисциплин, которые, как правило, покоятся на солидном научном фундаменте. Бирнбаум считает, что программирование - это не прикладная наука, а новое техническое ремесло, наиболее сложное из известных, однако, как и всякое ремесло, значительно более близкое к искусству, чем к науке. И, следовательно, утверждает он, законы развития технологии программирования - это законы развития ремесла (высокоинтеллектуального ремесла), но отнюдь не законы развития науки.

Следует ли в ближайшем будущем ожидать существенных перемен? Может ли какое-либо революционное достижение  в области  технологии   программирования, эквивалентное, например, изобретению в начале века конвейерной системы в автомобилестроении, резко изменить ситуацию? Вице-президент фирмы IBM по научно-исследовательским   работам Р. Гомори   отвечает   на этот вопрос отрицательно: "Программное обеспечение - это та область, где следует ожидать не прорыва, а скорее устойчивого, но постепенного прогресса" [8, с. 147]. Один из экспертов по программированию аэрокосмической компании Boying P. Гласс отмечал в этой связи, что только прогресс,  который  предполагает эволюцию уже  сложившихся  условий   программирования,   может влиять на имеющуюся технологию. При этом необходимо учитывать   не  только   человеческую  инерцию,   но, кроме того, целую совокупность технико-экономических и политических факторов, которые обычно фокусируются вокруг одного центрального понятия - "риск изменения".. Только  последовательность решений,  в  которой каждый отдельный  шаг сопровождается  минимальным производственным риском, может, считает он, реально продвигать вперед сложившуюся технологию [9].


 

[1] Необходимо еще раз подчеркнуть, что конкретные количественные и качественные оценки устройств ВТ, упоминаемые в этом разделе, представляют ныне лишь исторический интерес для оценки долговременных тенденций, т.к. материал этого раздела готовился автором для книги, впервые опубликованной в 1984 г.

[2] Автор "Мифического человеко-месяца" Ф. Брукс (младший) в своем докладе на конгрессе IFIP-77, озаглавленном "Компьютерный "ученый" или слесарь-инструментальщик...", цитирует Земенека. утверждавшего, что "компьютерный ученый является фактически инженером, конструирующим абстрактные объекты". "Более того, - подчеркивает Брукс, - на самом деле мы являемся скорее рабочими инструментального производства, чем инженерами, так как непосредственно создаем конкретные рабочие инструменты, используемые затем другими специалистами для их производственной деятельности" [6. с.625].


Онлайн-версия CD-ROM приложения к книге Г.Р.Громова
"
От гиперкниги к гипермозгу: информационные технологии
эпохи Интернета. Эссе, диалоги, очерки
."